Солнечный орел. Нет! Нет – не орел! Феникс! Эинион беззвучно произнес какое-то слово. Птица огня возникла в пламени пожара – подобно тому, как на востоке всходит солнце, – когда последнего ребенка Ливелина выносили из горящей залы – дитя огня, дитя феникса.
Книга первая
1228–1230
Глава первая
IХэй-он-Уай. Апрель 1228
– Не смотри вниз!
Девочка, нерешительно балансируя на красивой балюстраде деревянного прохода, которая пристроилась к высокой стене, осторожно развернулась и пошла в темноту.
– Одерни юбку, – сказала она, – здесь некому любоваться твоими прелестями. – Ее смех растаял во внезапно ворвавшейся струйке ветра. – Мы почти пришли. Ну, давай же!
Намного ниже крутого карниза лежал внутренний двор замка Хэй, почти полностью погруженный в темноту. Серый туман от прошедшего дождя лег на склонах Черных гор, скрадывая очертания обособленно лежавших камней. У подножия гор было так скользко, что даже босиком невозможно было идти.
Изабелла де Броуз дала волю страху:
– Я хочу вернуться обратно в замок.
– Нет, смотри! Еще три огромных камня, и мы уже на месте.
Элейн, самой младшей дочери Ливелина, принца Аберфрау, и его жены, принцессы Джоанны, уже исполнилось десять лет, и поэтому она была старше своей подруги на целый год. Однако по стечению обстоятельств, а именно вследствие принятого в ту пору обычая выходить замуж и жениться по нескольку раз, это не мешало ей приходиться теткой своей подруге. Это заставляло девочек каждый раз смеяться, как только речь заходила об их родстве.